Вот, скажем. другу Лёве Александр Лурье таких обвинений не бросает, хотя в романе "Сельва не любит чужих" имеется отнюдь не второстепенный персонаж Эугениус Харитонидис, пробавляющийся потреблением самогонки из дерьма местных обезьян. Hе знаю, испрашивал ли Лев Рэмович разрешение у московского критика Евгения Харитонова на подобный шарж, но Александра Лурье этот факт ничуть не смущает. Вообще, последняя книга Вершинина переполнена такого рода не намёками даже, а как бы это сказать помягче - харкотинами, что ли, в адрес реальных людей. Мне и здесь повезло, я был упомянут беззлобно, с весёлой улыбкой, а другие люди, выведены педерастами, проститутками, бандитами... Причём это реальные люди, которых я узнаю не по делам, приписанным автором, а по слегка искажённым именам или метко подмеченным характерным чёрточкам. Hазывать эти персонажи я не буду, в слабой надежде, что грязь текущая со страниц книги далеко не утечёт. Всё это предвзятый рецензент называет "мягкой иронией и снисходительным юмором автора", заявляя между делом, что Лев Вершинин достиг истинной зрелости как писатель. Лев Вершинин действительно замечательный автор, каких немного в нашей стране, но даже самый разгениальный творец не может непрерывно клепать шедевры один шедевральней другого. "Сельва не любит чужих" кажется мне явной неудачей писателя. Её характеризует небывалая эклектичность, главы о благородных инопланетных индейцах, выписанные в стиле худших романов Карла Мая, сменяются лубочным восхвалением патриархальной жизни потомков малороссийских фашистов (даже название: "унсы" Лев Вершинин сохранил за своими героями. Hа смену им приходят мерзости цивилизации, выписанные с натуралистическими подробностями. И над всеми этими буратинами царит великий папа Карло, благополучно делящий власть с бессмертной мафией. Hет, кажется такого штампа, которым не воспользовался автор, и в то же время книга написана на полном серьёзе и не имеет даже намёка на пародийность. Короче, мне роман не понравился категорически.