Буду надеяться, что следующая книга удастся Льву Вершинину лучше. В свою очередь разрешаю Льву Вершинину или Александру Лурье изругать мою следующую книгу, если она когда-нибудь выйдет из печати. Вот, собственно, и всё. "It's not personal!", что применительно к данной ситуации переведём как: "Hикого обидеть я не хотел, а меньше всего Александра Лурье". Да и в самом деле, стоит ли обижаться? Статья, которую я сейчас разбирал, опубликована в тель-авивском фэнзине, а затем выложена в одной из конференций ФИДО. Моё возражение выложено в фидошной конференции, а затем, быть может, будет опубликовано в петербургском фэнзине. Так что, тусня всё это... Что же отсюда следует? А ничего особенного. Просто писателям надо трудиться постарательнее, а критикам устраивать разборы, а не разборки. Только тогда отдалённый потомок, открывая замшелый файл или перелистывая странички тонюсенького журнала, скажет, что перед ним не окаменевшее дерьмо, а памятник литературной жизни конца второго - начала третьего тысячелетия.